Пенсионер в борьбе за свои права лишился загородной недвижимости


В редакцию «РГ» обратился пенсионер Иван Калинг. Вот уже несколько лет он пытается добиться права собственности на свой дом. Примечательно, что потерял он это право после обращения в суд.

Была у зайца избушка лубяная

Преамбула истории такова: в поселке Вырица Гатчинского района Ленобласти стоял дом. Одна его половина принадлежала Ивану Калингу, другая — Александру Анфимову. Девять лет назад дом сгорел, и Анфимов продал землю и остатки постройки Александру Симонову. Тот свою половину снес подчистую, а на участке поставил новый дом — правда, в трех метрах от половины Калинга. Пенсионер подал иск в Гатчинский районный суд и даже выиграл дело: за ним признали право на полдома, а Симонова обязали заложить оконные проемы на втором этаже и возвести противопожарную стену. Однако сосед обратился с апелляцией в областной суд, — и тот посчитал, что у Ивана Ивановича дома вообще как бы и нет.

— Часть жилого дома, принадлежавшего Анфимову, в результате демонтажа перестала существовать в качестве объекта права, — указала впоследствии судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда, — что является основанием для прекращения права общей долевой собственности на указанное строение.

Отсюда и вышло, что восстановительные работы, которые начал 80-летний пенсионер — на цокольном этаже возвел еще один, а потом пристроил и мансарду, — областное правосудие расценило как самовольное строительство. Цокольный этаж теперь — новый объект недвижимости, а разрешения на строительство у его владельца нет. Тем более что сосед Калинга опередил и построил новый дом, отступив три метра от границы участка в соответствии с градостроительным регламентом. «При возведении первого этажа и мансарды необходимо было учитывать уже имеющееся строение», — посчитал суд.

Рассмотреть как следует и наказать кого попало

Оставшись в одночасье без собственности, Иван Калинг не опустил руки, а отправился в Верховный суд: собрал все документы, купил билет на поезд и поехал в Москву. Повлияло ли личное присутствие пенсионера на судей, сказать сложно. Однако его кассацию рассмотрели на коллегии по гражданским делам, апелляцию отменили, а иск отправили на новое рассмотрение в Ленинградский областной суд. Но тот свой прежний вердикт оставил в силе.

Примечательно, что даже в Верховном суде отмечают «странность» решения суда регионального. Этой теме посвящен целый документ — «Обзор судебной практики Верховного суда РФ N 2» от 2017 года. Его авторы указывают, что Ленинградский областной суд упорно называет дом Калинга «самовольной постройкой», хотя до сих пор не установлено, считается ли надстройка над цокольным этажом новым или восстановленным имуществом.

«Суду надлежало установить, является ли строение, о признании собственности на которое ставил вопрос К., восстановленным имуществом либо вновь созданным, соответствует ли данный объект требованиям, предъявляемым к нему законом, — сказано в документе. — Данное обстоятельство является существенным для правильного разрешения спора, поскольку при рассмотрении дела установлено, что на смежных земельных участках, принадлежащих истцу и ответчику, существуют два строения, расположение которых относительно друг друга не соответствует требованиям градостроительного законодательства и безопасности».

По мнению ВС РФ, разрешение вопроса о том, является ли строение, находящееся на земельном участке Калинга, существовавшим до строительства дома, принадлежащего соседу, либо вновь созданным по отношению к нему, «необходимо для правильного определения правоотношений сторон и законного разрешения возникшего между ними спора, от чего суд уклонился».

Не нашего ума дело

Камень преткновения — временной фактор: считать ли этаж с мансардой на старом фундаменте новой постройкой или восстановлением объекта после пожара. Ленинградский областной суд считает, что Калинг строит новый дом. Но резоны, которыми руководствовались судьи, они не стали объяснять не только истцу, но и корреспонденту «РГ». Ответ за подписью председателя Ленинградского областного суда Ирины Подносовой на запрос редакции прост и категоричен.

— Информация не предоставляется в случае, если в запросе ставится вопрос о толковании нормы права, разъяснении его применения или правовой оценке судебных актов, выработке правовой позиции по запросу или выполнения по запросу иной аналитической работы, непосредственно не связанной с защитой прав направившего запрос пользователя, — пояснила Подносова. — В соответствии со статьей 120 Конституции РФ и статьей 10 Закона РФ «О статусе судей в РФ» судьи независимы, в своей деятельности по осуществлению правосудия никому не подотчетны.

Проще говоря, суд не считает необходимым давать журналистам пояснения, поскольку представители прессы не являются участниками процесса. При этом в своем решении судебная коллегия Леноблсуда ссылается в том числе на статью 330 ГПК РФ «Основания для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке», которая обязывает считать таким основанием «неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела». Но ведь если дом Ивана Ивановича стоял до пожара 2009 года, а после пожара пенсионер признан собственником сохранившегося цокольного этажа, то и строение на этом цокольном этаже — бывшее или восстановленное — должно автоматически считаться его собственностью? Между тем судебная коллегия по гражданским судам Ленинградского областного суда определила, что право общей долевой собственности на прежний двухэтажный жилой дом отменено. А новое так и не возникло.

— Этот дом, конечно, не вся моя жизнь, но он очень важен для меня, чье детство прошло в нищете в полном смысле этого слова, — рассказал корреспонденту «РГ» Иван Калинг. — Я посвятил ему 30 лет, сочетая стройку со всем многообразием жизненных ситуаций. Я мечтал о жизни в этом доме, расположенном в очень престижном по дачным меркам месте. Мечтал, как в нем будут жить и отдыхать мои дети (их у меня трое), внуки (три внука и одна внучка), недавно и правнучке исполнился год. А теперь я даже подарить его своему сыну не могу, так как оказывается, что по документам я хозяин этого дома, а по судебным коллизиям не являюсь его собственником. Представляете, как обидно строить 30 лет дом и в результате потерять его.

P. S.

Повторную кассационную жалобу Калинга Верховный суд рассматривать не стал. Но Иван Иванович, добивающийся лишь права владения собственным домом и соблюдения соседом элементарных противопожарных норм, сдаваться не намерен. Следующий этап — жалоба в Конституционный суд, ведь пенсионер считает нарушенным и свое конституционное право частной собственности, и право на жилище.

Источник